Сергей ТРОФИМОВ: «Вместе нам хорошо…»

«Наше время» продолжает публиковать интервью с известными людьми в рамках участия во Всероссийском проекте «Быть отцом!», инициированном Фондом Андрея Первозванного, Интернет-журналом «Батя» и издательством «Никея».

Сергей Трофимов – композитор, поэт, музыкант, исполнитель своих песен. Родился 4 ноября 1966 года в Москве. Десять лет был солистом Московской государственной хоровой капеллы мальчиков при академии им. Гнесиных. Учился в Институте культуры и в Московской консерватории. Участвовал и получил диплом XII Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве в 1985 году. Выпустил более пятнадцати сольных альбомов, работал с такими исполнителями, как Александр Иванов, Светлана Владимирская, Вахтанг Кикабидзе, Лайма Вайкуле, Лада Дэнc, Александр Маршал, Николай Носков, Елена Панурова, Лев Лещенко и др. Член Союза писателей России. Заслуженный артист России. Отец троих детей: Анны (1988 г.р.), Ивана (2003 г.р.), Елизаветы (2008 г.р.).

— В одной из ваших песен есть такие строки: «И когда тоскою защемит сердце, я спешу на встречу со своим детством». Что же там, за туманом десятилетий?

– Знаете, это у любого человека бывает, глубоко-глубоко детское, когда ты понимаешь, что это чудо встречи с Творцом, с Создателем, с той самой Любовью, которая пронизывает все вокруг. Это может быть капля росы, которая на листке сияет, – и ты вдруг понимаешь, что ты не один. Или божья коровка, которая прилетела и села на руку. Представляете, какое чудо! Или ты на камере от автомобильного колеса катаешься летом на пруду.

— Вы учите своих детей так чувствовать мир?

— А они настоящие, зачем их учить? Это у них надо учиться – не заморачиваться на всяких незначительных вещах. Надо стараться в душе оставаться немного ребенком, и собственные дети в этом очень помогают.

— Вы справляетесь с ролью родителя?

— Я не считаю себя  идеальным или хорошим отцом. Очень мало времени провожу с детьми. У меня работа такая – постоянные разъезды. Но когда мы вместе, мы непобедимы!

— Что делаете, когда вместе?

— Хулиганим. Спортом занимаемся. Музыкой. Вместе нам хорошо!

— В чем, по-вашему, проявляется мужчина? Чему должен отец научить сына?

— Мужчина – это в первую очередь дух. Он должен быть духовитым. А это значит, надо быть твердым и разумно распоряжаться своей твердостью. Мне бабушка говорила, что мужчина проявляется в трех ипостасях: охотник, воин, учитель. Вот этому я и стараюсь сына научить.

— А дочери что отец должен передать?

— Как с девочками быть, я вообще не понимаю. Только любить.

Сергей рассказывает про дочь: «Лизка плачет чисто по женским поводам. Мы с ней сидели как-то два часа разбирали пьесу на фортепиано, у нее не получалось. Наконец стало выходить. И вот она уже такая счастливая, уже хохочет».

— Что вы привозите детям из гастрольных поездок?

— Лизе – детскую косметику, всякую кукольную утварь и все, что нужно для рисования. Ваньке — всякие вертолеты, лодки на моторах – все, что запускается. Он это любит.

— Вы с детьми играете?

— Конечно! С Ванькой люблю моторные игрушки запускать. Дочке, если надо, могу кукольный домик или еще что-то починить.

И со своими музыкантами, и со своим сыном Сергей Трофимов играет в сокс. Играющие встают в круг и отбивают друг другу маленький мячик, набитый крупой. Эта забава очень распространена у подростков. Но Сергей недоумевает: «А почему бы взрослому человеку не поиграть? Азартно, есть возможность подвигаться».

— Получается хоть иногда путешествовать всей семьей?

— Конечно. Если концерты где-то поблизости – не дальше Питера, – я беру детей с собой. И в свободное время мы стараемся куда-то выбраться отдохнуть все вместе — не только за границу, но и в небольшое село Дедово в Нижегородской области. В футбол там играем, в волейбол, шашлыки делаем, в лес, на озеро ходим. Каждую осень всей семьей выезжаем собирать грибы. В деревне всегда есть, чем заняться. Еще к матушке Виктории ходим, церковной старосте.

В начале 90-х Трофимов был певчим в одном из московских храмов. В Дедово помогал восстанавливать  храм во имя Спаса Нерукотворного. Сейчас его редко можно увидеть там на клиросе во время праздничных богослужений.

— Что для вас деревня? Отдушина?

— Деревня – это неосуществимая мечта. Переехать? Но как? Город, конечно, утомляет ужасно, но здесь образование, работа, движение, возможности. А там вымирает все. По всей России так. У меня уже столько знакомых пыталось деревню спасать. Может, это и возможно, но для этого в сознании у людей должно что-то поменяться. Сейчас везде непросто, весь мир на каком-то изломе. Но у нас такая особенность – даже когда трещит фундамент дома, мы продолжаем своих тараканов подсовывать соседу по коммунальной квартире. Все время думаем о том, что кругом враги, а не о том, что нужно своей страной заняться.

— Детям нравится в деревне?

— Очень. Когда мы первый раз приехали, был чистый снег, глубокий-глубокий, и стоял настоящий русский холод. А они у меня с полутора лет в прорубь ныряют. Поэтому им сразу понравилось. Ну и плюс, они же видят и перенимают наше отношение ко всему.

— Вообще трудно находить общий язык с детьми? Чувствуете разницу поколений?

— Чувствую, конечно. Мы-то росли по-другому. У них гаджеты, айпэды и всякие компьютерные игрушки. А ты пытаешься привить любовь к чтению, потому что ребенок должен мыслить не только виртуальными образами. Но самое главное – постараться уберечь их от вещизма. Сложно противостоять современной идеологии потребления. А как объяснить маленькому человеку, что смысл не в этом?

Сергей с детства делал успехи в музыке, был неплохим пианистом, играл на гитаре. В подростковом возрасте мальчик упал с дерева и получил два тяжелейших перелома Галеацци (переломы локтевых костей с вывихом). На восстановление потребовалось несколько лет, два года пришлось ходить в гипсе. Затем Сергей вновь взял в руки гитару. Мама музыканта говорит, что именно тогда он начал активно писать стихи.

— Если у детей возникают конфликты со сверстниками, вмешиваетесь?

— Мы их обсуждаем дома, но вмешиваться, я считаю, нельзя. Ребенок должен сам найти выход. Вот у Вани, например, был конфликт с мальчиком из старшего класса. Супруга уже хотела идти разбираться. Но мы с сыном поговорили  – и конфликт был исчерпан.

— Наказываете детей?

— Нет. Когда старшая была маленькой, я пытался по молодости быть суровым отцом. А потом понял, что все это бесполезно, работает только собственный пример.

— По хозяйству ваши дети умеют что-то делать?

— Готовят салаты всякие, пиццу, фокаччу. Лиза пельмени лепит. Ванька умеет инструментом пользоваться. Убираться, конечно, умеют. Они как-то сами учатся. Заставлять тут нельзя, это только отторжение вызовет. Ведь человек по своей натуре свободен. Лиза копирует маму, Ваня копирует папу. Они повторюшки.

— А как же утром вставать? В школу идти? Не заставлять?

— Надо объяснять: папа работает, у мамы дела, и ты должен свои обязанности выполнять, если хочешь кем-то в этой жизни быть.

— А каково вообще жить с творческим человеком?

— Нормально. Правда, творческий человек в какой-то момент может уйти в себя. Но супруга моя тоже умеет уходить в себя, она тоже творческий человек.

До замужества Анастасия была танцовщицей в балете Лаймы Вайкуле. После рождения детей увлеклась фотографией.

— Вы оба творческие люди, может быть в этом секрет семейного счастья?

— Секрет счастья никто вам не скажет.

— Ну, есть какие-то правила, помогающие вам сохранять мир в семье?

— Семья – это способ существования, основанный на взаимном компромиссе.

— На словах-то понятно. Но почему же тогда не все семьи счастливы?

— Счастье нужно выстрадать. Чтобы душа состоялась, она должна страдать.

 

Автор интервью Александра ОБОЛОНКОВА

Фото из семейного архива

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Яндекс.Метрика